Посольство:
2650 Wisconsin Ave., NW
Washington, DC 20007
Тел: (202) 298-5700


карта
Консульский
отдел:
2641 Tunlaw Rd., NW
Washington, DC 20007
Тел: (202) 939-8907


карта
Пресс-служба:

Из ответов на вопросы СМИ Министра иностранных дел России С.В.Лаврова в ходе совместной пресс-конференции по итогам переговоров с Министром иностранных дел Новой Зеландии М.Маккалли

17 августа 2016 года

Вопрос: Как бы Вы могли прокомментировать странную тенденцию в американских СМИ и заявлениях политиков в последнее время, когда, особенно на фоне предвыборного процесса в США, им везде мерещится «рука Кремля»? Даже кандидата в Президенты США Д.Трампа уже обвинили в пророссийских связях. Это русофобская паранойя, теория всемирного заговора?

С.В.Лавров: Мы слышим и видим русофобию, которая зашкаливает в американском информационном пространстве. Из нас «лепят» образ некоего «всемирного злодея» и врага США и всего «прогрессивного человечества». Многие деятели не только из журналистской среды, но и политики, в том числе официальные представители Администрации, практически пытаются валить все подряд на Россию.

Если говорить про нынешнюю избирательную кампанию, то какое-то время назад, когда еще до выборов было достаточно далеко, российская тема вообще ушла на задний план в американских внутренних разговорах и дискуссиях. Помните момент, когда нас называли «региональной державой», о которой не стоит беспокоиться? Думаю, что для Вашингтона было полезно, когда российская тема не использовалась для внутриполитических игр, потому что всё это позволяло сосредоточиться на реальных проблемах и решении вопросов, стоящих перед США, как и перед каждой страной.

Однако каким-то неожиданным образом с началом избирательной кампании и по мере того, как она разогревалась и набирала темп, российская тема зазвучала сначала громко, потом все громче, а сейчас стала чуть ли не центральной. В последнее же время налицо виток русофобской истерии. Не хочу и не вижу смысла комментировать какие-то псевдосенсации, будь то взломавшие всё на свете в американском сегменте Интернета хакеры или иные способы подыгрывать одному из кандидатов и работать против другого. Это нечистоплотные приемы, и я не хочу их комментировать. Сами американские объективные обозреватели называют нынешнюю избирательную кампанию наиболее грязной в истории США.

Президент России В.В.Путин уже не раз озвучивал нашу позицию и говорил публично о том, что мы никогда не вмешиваемся во внутренние дела других стран, не пытаемся подыгрывать во внутренней политике той или иной политической силе, с уважением относимся к выбору любого народа (и с полным уважением отнесемся к выбору американцев), будем готовы работать с любым новым президентом независимо от его партийной принадлежности.

Антироссийский заряд, который сейчас присутствует в президентском марафоне, создает в американском истеблишменте какую-то инерцию, едва ли способствующую тому, чтобы наш диалог с США, в том числе по актуальным международным вопросам, обретал дополнительные позитивные импульсы.

Считаю, что в любом случае время вылечит всех, кто нынче «болеет», и наши отношения вернутся на нормальную траекторию, но для этого нужно освободиться от русофобской паранойи и перестать спекулировать на инстинктах времен маккартизма, времен «холодной войны» в интересах достижения политических целей внутри США.
***

Вопрос: На каком этапе сейчас находится вопрос координации действий по борьбе с террористическими организациями в Сирии? Вчера российские стратегические бомбардировщики взлетели с территории Ирана, до этого Министр обороны России С.К.Шойгу заявил о возможных совместных действиях с американскими коллегами в районе г.Алеппо, а Вы заявили в Екатеринбурге о возможной работе с Анкарой и возможном международном наблюдении за границей. Как все эти аспекты могут повлиять на сближение позиций региональных и мировых игроков? И как Вы можете прокомментировать вчерашнее заявление представителя Государственного Департамента США М.Тонера о том, что Россия, возможно, нарушила резолюцию Совета Безопасности ООН 2231, использовав авиабазу Хамадан в Иране?

С.В.Лавров: Начну с конца Вашего объемного вопроса. Я могу прокомментировать это заявление очень легко: нет никаких поводов подозревать Россию в нарушении резолюции Совета Безопасности ООН 2231. Согласно этой резолюции с Советом Безопасности ООН необходимо согласовывать поставку, продажу и передачу Ирану определенных видов вооружений, в т.ч. боевых самолетов. В случае, который мы сейчас обсуждаем, ни поставки, ни продажи, ни передачи военных боевых самолетов Ирану не происходило. С согласия ИРИ эти боевые самолеты используются ВКС России для участия в антитеррористической операции на территории САР по просьбе законного сирийского руководства. С ним также сотрудничает Иран. Здесь даже обсуждать нечего.

Если кому-то хочется «искать блох» в том, что происходит в отношении сохраняющихся ограничений на торговое и иное общение с Ираном, то тогда мы будем должны разбираться, каким образом огромное количество наличных денег из США попали в ИРИ, почему были сделаны банковские переводы из США в Иран в долларах США, что категорически запрещено американским законодательством. Мне кажется, все это будет отвлекать нас от главной задачи, которой является, как Вы и сказали, налаживание координации в урегулировании сирийского кризиса. Этот вопрос обсуждается по линии военных, по линии спецслужб, по линии внешнеполитических ведомств.

Вчера состоялась моя очередная продолжительная телефонная беседа с Государственным секретарем США Дж.Керри. Во всех этих форматах (на уровне внешнеполитических ведомств, министерств обороны и разведывательных ведомств) мы обсуждаем конкретные механизмы воплощения в жизнь тех договоренностей, которые были достигнуты 15 июля во время визита Госсекретаря США Дж.Керри в Москву, когда он провел продолжительные переговоры с Президентом России В.В.Путиным и в МИД России. Мы обозначили основные «болевые точки», которые необходимо устранить. Если оперировать «крупными» темами, то речь идет о том, чтобы предпринять меры прекращения боевых действий – соблюдения режима, введённого Советом Безопасности ООН. Для этого нужно дополнительно озаботиться пресечением путей, по которым террористы получают подпитку боевиками, оружием и боеприпасами. Совет Безопасности ООН принял резолюцию 2165, постановившую создать ооновскую миссию по мониторингу двух КПП на границе Турции с Сирией на территории САР. Мы с американцами сейчас помогаем ООН окончательно согласовать с сирийским Правительством параметры такого мониторинга. С США и представителями ООН мы также обсуждаем возможности обеспечения контроля уже после пересечения турецко-сирийской границы на т.н. дороге Кастелло, которая ведет к Алеппо и прилегающим районам. Если мы обеспечим такой контроль, и у нас всех, в т.ч. у Правительства САР, будет уверенность, что перемирие не будет использоваться для пополнения запасов и рядов террористических организаций, тогда, я убежден, будет гораздо легче договариваться о прекращении огня между Правительством САР и теми группами, которые присоединились к соответствующим договоренностям, но регулярно их нарушают.

Еще один момент – это поставки гуманитарной помощи. С США и нашими коллегами из ООН мы сейчас рассматриваем пути подкрепления гуманитарной инициативы, которую Россия совместно с сирийским руководством реализует в отношении Алеппо. Как вы знаете, там есть 7 гуманитарных коридоров. Один коридор специально отведен для того, чтобы по нему могли уйти боевики, которые осознали бесперспективность своих действий. Кстати говоря, они могут уйти с оружием. Эти предложения остаются «на столе», эти коридоры действуют. Помимо этого, как я уже сказал, мы обсуждаем с американцами и ооновцами дополнительные маршруты доставки гуманитарной помощи в восточное и западное Алеппо, которое сейчас контролируется боевиками. По проблеме западного Алеппо сейчас есть целый ряд вариантов, которые предложили ооновские профессионалы, сейчас они их прорабатывают более подробно.

В заключение скажу такую вещь. Я не хочу подвергать сомнению заинтересованность наших партнеров в том, что они хотят решить все эти вопросы, но это можно было бы сделать гораздо раньше, если бы торжественные обещания отмежевать «здоровую» оппозицию от террористов, сделанные во время заседания МГПС в феврале этого года, были выполнены. К огромному сожалению, сейчас наши партнеры по сути дела расписались, что сделать этого они не могут. Повторю, мы не делаем из этого трагедию. Такое направление нашей работы, которое я изложил, позволит перейти к тому, о чем говорил Министр обороны России С.К.Шойгу, – к скоординированному и более эффективному взаимодействию по борьбе с террористами. Но все это могло быть сделано гораздо раньше. Можно было бы спасти немало жизней, если бы проблема отмежевания патриотической оппозиции от террористов была решена раньше, как об этом и договаривались.