Посольство:
2650 Wisconsin Ave., NW
Washington, DC 20007
Тел: (202) 298-5700


карта
Консульский
отдел:
2641 Tunlaw Rd., NW
Washington, DC 20007
Тел: (202) 939-8907


карта
Пресс-служба:

Из брифинга официального представителя МИД России М.В.Захаровой

2 ноября 2017 г.

По поводу очередных антироссийских санкций США

К сожалению, сейчас о российско-американских отношениях. Говорю «к сожалению» потому, что конструктива, которым можно бы было поделиться, нет, хотя хотелось бы, ужа давно назрела такая необходимость. Для нас не стала новостью информация о новых санкционных шагах США. Имею в виду публикацию в Вашингтоне 26 октября «руководства» по ограничениям против наших оборонных предприятий и специальных служб и выпущенное 31 октября «уточнение» условий участия в международных нефтегазовых проектах, где присутствуют российские компании.

По сути, эти шаги мало что меняют для России. Наша экономика давно научилась работать в сложившихся обстоятельствах. Более того, мы извлекаем из них несомненную пользу, поскольку мощный импульс к развитию получили целые отрасли, идет диверсификация торговых связей. Всё это открывает определенные возможности.

К сожалению, американские власти, наоборот, продолжают перекрывать своим деловым кругам перспективы выгодных сделок и долгосрочных контрактов. Как это ни парадоксально, США, некогда подававшие себя в качестве эталона рыночной экономики, всё больше скатываются к директивным методам управления, из политических соображений жертвуют интересами бизнеса, что только мешает созданию в Америке новых рабочих мест и тормозит экономический рост.

Вызывает сожаление и курс Вашингтона на дальнейшую деградацию российско-американских отношений. Это абсолютно недальновидная политика, чреватая негативными последствиями, в том числе для самих США. Например, настоящее недоумение вызывает запрет на взаимодействие с нашими спецслужбами, что соответственно наносит удар по возможностям совместной борьбы с терроризмом.

Такая блокировка взаимодействия по линии спецслужб выглядит просто безрассудством на фоне кровавой вылазки приверженца ИГИЛ 31 октября в Ньо-Йорке. Как вы знаете, она была организована неподалеку от мемориала жертвам теракта 11 сентября 2001 года. Мы искренне сочувствуем родным погибших и пострадавшим, здесь нет никаких иных слов, кроме поддержки и сопереживания. Мы также хотим отметить, что у американской общественности должны возникнуть вопросы, почему в Конгрессе США, который прошлым летом принял антироссийский закон «О противодействии противникам Америки посредством санкций», ищут врагов не там, где они есть на самом деле.

Надеемся, что со временем в Вашингтоне пройдет этот приступ русофобии и там осознают порочность линии на конфронтацию с Россией и абсолютную бесперспективность политики давления на нас. Чем быстрее это произойдет, тем лучше будет для всех для нас.

О блокировке «Твиттером» рекламы «Раша Тудей» и «Спутник»

Вы знаете, что вчера в Совете Федерации Федерального собрания России состоялись очередные слушания по вопросу о выдавливания телеканала «Раша Тудей» и агентства «Спутник» из США, конкретно – о блокировке рекламных аккаунтов на платформе «Твиттер». Я бы хотела вернуться к этой теме. Как вы знаете, запрет был наложен 26 октября компанией-администратором сервиса микроблогов «Твиттер».

Будучи членами сообщества пользователей этой социальной сети, мы внимательно изучаем отклики на данное решение. Видим, что в «Твиттере» растет число недовольных и непонимающих абсурдных действий руководства этой компании. Совершенно справедливо указывается на то, что цензоры этой социальной сети предпочитают не замечать существование сотен откровенно экстремистских и фашистских аккаунтов, оказывая давление исключительно на российские СМИ.

Мы также отфиксировали высказывания экспертов и политиков из США и стран Европы, которые осудили решение руководства «Твиттер» и квалифицировали его как очередное ущемление свободы слова, а также нарушение свободы предпринимательства.

Я хотела бы обратить ваше внимание на очень важный факт. Именно представители «Твиттера» в 2016 г. прислали в офис российского телеканала «Раша Тудей» коммерческое предложение о сотрудничестве в рекламной области на сумму от 1,5 до 3,3 млн. долл. США, все это происходило в преддверии и разгар предвыборной кампании в США. Столкнувшись с нежеланием российского телеканала размещать дорогостоящую рекламу, «Твиттер» проявил завидную настойчивость – устроил презентацию для сотрудников «Раша Тудей». Но даже после этого предложение было отклонено по чисто коммерческим соображениям. О том, что было дальше, вы знаете из выступления главного редактора телеканала М.Симоньян.

На наш взгляд, в случае с данным запретом «Твиттер» демонстрирует свою коммерческую несостоятельность, абсолютную зависимость от воли силового истеблишмента США, который напрямую контролирует процесс принятия решений в данной компании, как мы это теперь себе представляем. Призываем всех пользователей социальной сети сделать для себя выводы с учетом данной ситуации. Сегодня «Твиттер» запрещает рекламу российских СМИ, в частности, «Раша Тудей» и «Спутника», а завтра, следуя меняющейся политической конъюнктуре, т.н. «врагами Америки» могут быть объявлены СМИ или представители бизнеса, сотрудничающие с «Твиттером» из любой другой страны. При этом они точно так же, как телеканал «Раша Тудей», могут до этого вкладывать деньги в рекламные кампании или какие-то совместные проекты. И за свои же деньги затем получат такие имиджевые издержки.

И еще одно наблюдение. По данным «Твиттера», в 2016 г. на рекламные цели в этой соцсети телеканал «Раша Тудей» потратил 274,1 тыс. долл. США. При этом в ходе предвыборной кампании 2016 г., я выбрала некоторые данные, можете поправить, если это не так, кандидаты получали пожертвования в размере десятков, а то и сотен миллионов долларов США. В этой связи возникает вопрос: как на фоне таких непропорциональных цифр (даже если округлить – 300 тыс. долл. США и сотни миллионов долл. США) российский канал мог вмешаться в выборы и оказать хоть какое-либо влияние на их исход?

Рассматриваем это решение в контексте продолжающихся попыток Администрации США ликвидировать неудобный для ряда американских политических кругов источник альтернативной информации. Сюда же следует отнести намерение властей США занести эти российские СМИ в список иностранных агентов. Анализ этого списка показывает, что туда на данный момент включены компании, которые не производят самостоятельный медийный продукт на сто процентов, а занимаются в основном перепечаткой материалов, либо лоббированием интересов, либо другими услугами, связанными с пиаром.

Свобода слова всегда была основополагающей ценностью для США. Хочется надеяться, что это непустые слова, хотя мы видим обратное.

Из ответов на вопросы:

Вопрос: Чем отличается позиция России к таким организациям, как РПК или Народно-демократический союз Курдистана от позиции США к этим организациям?

Ответ: Я не являюсь глубоким специалистом в этом вопросе и, безусловно, попрошу у наших экспертов детальный комментарий, чтобы предоставить Вам. Но в целом, мне кажется, что, основное, что хочет сделать Российская Федерация на направлении упомянутых Вами вопросов – это вовлечь курдов в общеполитический консенсус или работу, нацеленную на общеполитический национальный консенсус в Сирии, который должен привести к конкретным результатам. Не манипуляция людьми или теми этно-конфессиональными особенностями различных групп, проживающих в Сирии (которые настолько чувствительны для людей), не использование этих людей в качестве разменной монеты в ходе достижения глобальных целей, а именно работа по вовлечению их в этот процесс. Мы неоднократно говорили, для чего это нужно: именно для того, чтобы движение к воссозданию сирийского государства было полноценным и ни одна из населяющих эту страну групп не чувствовала себя за бортом этого процесса.

Вы прекрасно знаете о том, что изо дня в день, из недели в неделю, из месяца в месяц российские представители на всех уровнях говорили о необходимости вовлечения курдского населения, включая различные политические группы, течения, общественные организации, в процессы на различных площадках. Мы делали и делаем для этого все возможное. Вы также знаете, что наши усилия часто блокировались как раз западными и рядом других партнеров. Мы говорили о том, что эти люди и группы лоббируются нами исключительно в интересах будущего устройства Сирии и всего региона.

Полагаю, что это главное отличие. Не хочу комментировать позицию США, хотя мы это иногда делаем. В некоторых случаях, на мой взгляд, можно говорить о манипуляции интересами людей в своих национальных целях.

Вопрос: «Федеральное агентство новостей» подверглось политической цензуре со стороны корпорации «Гугл». В частности, все новости нашего сайта были удалены. Хотелось бы поинтересоваться Вашим мнением о том, чем вызвана подобная агрессия со стороны «Гугл», и возможно ли рассчитывать на помощь МИД России в урегулировании сложившейся ситуации?

Ответ: Я посоветовала бы сделать следующее. Во-первых, направить официальный запрос в компанию «Гугл» (у них есть московское представительство, где работают хорошие специалисты) и задать прямой вопрос, с чем это связано, чем мотивирована компания. Второй шаг, который, на мой взгляд, необходимо предпринять – направить такие же официальные письма в российские структуры, занимающиеся проблематикой защиты интересов российских СМИ (что мы должны делать по закону) и различными техническими аспектами соблюдения прав деятельности российских СМИ как на территории России, так и за рубежом.

Подтверждаю, что МИД России уже получил от вас такой запрос. Со своей стороны будем запрашивать компанию «Гугл» о мотивации таких действий, направлять соответствующие уведомления в международные структуры (упомянутый мной представитель по свободе СМИ ОБСЕ тоже должен об этом узнать). Также вам следует направить письмо с просьбой прояснения этой ситуации и в Роскомнадзор. Сейчас мы все вместе отстаиваем интересы российских СМИ, которые ущемляются нашими западными партнерами, в том числе не только по линии частных организаций, а именно с участием, вовлечением и влиянием силовых структур тех или иных стран. На примере США мы видим это практически каждый день. Если информация о том, что вы были заблокированы по политическим мотивам, подтвердится, то это станет поводом для серьезнейших разбирательств с этой ситуацией.

Повторю, что ваше обращение мы получили, и оно идет в проработку.

Вопрос: Вчера Вы выступали в Совете Федерации на заседании рабочей группы по защите российского информационного суверенитета. Ваши коллеги рассказывали о возможных ответных шагах на все те меры, которые в информационном пространстве предпринимают против нас американские партнеры. Можете ли Вы раскрыть секрет о конкретных ответных мерах?

Ответ: Помните, как было у В.Н.Винокура: «Хорошо, можете не отвечать, потом сюрприз будет». Будет сюрприз!

Поймите, мы не жаждем «кровавых» ответных мер в отношении американских СМИ или других средств массовой информации. Мы стоически переносили весь информационный накат на протяжении нескольких лет, просто повышая качество нашей работы. Для нас эти ответные меры по ущемлению деятельности журналистов точно не являются самоцелью. Точно так же могу подтвердить, что никакого удовольствия заниматься этим нет. Это отнимает время, силы и влечет за собой уйму всего, что отвлекает от основной работы. Однако, когда речь идет о переходе всех возможных «красных линий», о боях без правил в каком-то бойцовском клубе, когда наши СМИ подвергаются прямому давлению, иногда запугиванию и шантажу, то ответные меры, конечно, будут приняты. Рассуждать о том, какими они будут, сейчас никто не станет, в частности, в силу того, что это не доставляет никакого удовольствия. Проработаны ли они? Конечно. Будут ли они применены в ответ, если деятельность, в частности, телеканала «Раша Тудэй» в США будет заблокирована (заблокировать ее можно по-разному)? Да, будут. Об этом говорило российское руководство и представители ведомств, которые за это отвечают. Это консолидированная позиция Российской Федерации. Мы ни разу не применяли такие шаги, но на этот раз речь идет о беспрецедентном случае. Были случаи, если помните, когда высылались российские журналисты из тех или иных стран (иногда это случается). Принимались ответные меры. Рассматривали это как крайние, но единичные случаи, имеющие место быть. Сейчас речь идет о блокировании работы российских СМИ в целом, а не об отзыве аккредитации или недопуске на конкретное мероприятие. Такое тоже случалось, и на эти вещи мы никогда не реагировали, в частности, когда наши СМИ не были допущены на одно из европейских мероприятий, на которое они аккредитовались, но их физически туда не пустили, ответные меры мы не принимали – это никогда не являлось для нас самоцелью или особым удовольствием. Но в данном случае принять меры необходимо.

Вопрос: Последние теракты в Нью-Йорке (и не только там) немного похожи на те теракты, которые происходили у нас в Европе, в Париже, в Санкт-Петербурге. Может ли борьба с терроризмом снова объединить Россию и США.

Ответ: Приведу Вам такой пример. Вы прекрасно помните страшную бойню, теракт, огромное количество жертв в США, то самое «дело братьев Царнаевых». Хочу напомнить, что задолго до самого теракта по линии российских спецслужб их американским коллегам была направлена информация о подозрительной деятельности, которую осуществляют Царнаевы на территории США. Мало того, что эта информация была направлена не в каком-то большом объеме документов, отдельной строчкой или запрятана в другие документы. Это была адресная информация конкретно по данному случаю. Она была передана адресно, и, мало того, наши коллеги из российских спецслужб обращали на нее особое внимание американских партнеров. Несмотря на то, что с российской стороны были приведены конкретные факты и внимание американцев действительно фокусировалось на этом случае, мы получили ответ, который заключался в том, что нам не нужно беспокоиться, что ситуация находится под контролем, никакого взаимодействия от российской стороны не требуется, ведь это их люди. Как вы понимаете, в дела другого государства никто не собирался вмешиваться. Взаимодействие было предложено, но если в нем не было необходимости, то на тот момент вмешиваться дополнительными предложениями не соответствовало духу подобной практики. Было сказано, материалы были переданы. Далее мы получили четкий ответ, что развитие темы, партнерства и взаимодействия по данному направлению американскую сторону не интересуют. Прошло время, был совершен теракт. Вы помните все аспекты этого громкого дела.

Вот вам пример того, как Россия действительно всячески пытается, несмотря на все обстоятельства, наладить продуктивное, да хоть какое-нибудь, взаимодействие с нашими западными коллегами по проблематике анти- и контртерроризма. Мы говорим об этом на международных площадках — в ООН, на конференциях принимаются документы, вырабатываются резолюции. Мы выражаем очень предметное и конкретное желание, предлагаем конструктивный диалог, оперативный обмен информацией, консолидацию усилий. Это нужно для того, чтобы от очень важных и нужных резолюций перейти в практическую плоскость.

Сегодня международный терроризм мимикрировал, видоизменился, и теперь террористам не нужны самолеты, даже взрывчатые вещества подчас. Им в принципе не нужны какие-либо специальные средства для того, чтобы осуществить задуманное. Им нужно то, что есть у каждого из нас. В частности автомобиль, которым может обладать любой гражданин, который не собирается нарушать закон. Это еще больше осложняет ситуацию с поиском, а самое главное – превентивную работу, профилактику, работу по предотвращению. Еще раз повторюсь, если раньше и, к сожалению, до сих пор целый ряд экстремистов и террористов использовали специальные средства — сооружали бомбы, использовали взрывчатые вещества и т.д., то сегодня жизнь тех самых террористов, которые совершали теракты в Ницце, Лондоне, Нью-Йорке, других городах, ничем внешне не отличается от жизни миллионов других добропорядочных граждан. Это возвращает нас к необходимости предметного, детального, конкретного взаимодействия на страновом уровне, а оно полностью свернуто и заблокировано Лондоном, оно, к сожалению, находится в неудовлетворительном состоянии на направлении США и НАТО.

Наше взаимодействие по проблематике контртерроризма должно быть полноформатным, каким оно и задумывалось изначально, но оно так не развивается, оно остановлено и заблокировано. На каждом брифинге или через один мы об этом говорим. Об этом также говорит российское руководство, Президент Российской Федерации В.В.Путин, Министр иностранных дел Российской Федерации С.В.Лавров, представители соответствующих служб Российской Федерации. Мы посылаем эти сигналы в публичном пространстве, мы говорим об этом в ходе переговоров. Вы помните ситуацию, мне кажется, это было во время терактов в Париже, когда мы сказали, что эти события должны послужить не только поводом для переживания, сострадания, выражения слов поддержки, но и уроком, который должен побудить нас объединить усилия. В итоге у некоторых западных и наших СМИ хватило ума сказать о том, что российский представитель злорадствует, что вместо того, чтобы менять аватарки в социальных сетях, раскрашивать здания в цвета национальных флагов и выражать сочувствие проведением маршей, мы призываем к сотрудничеству и к тому, чтобы этот конкретный случай явился уроком. Да, надо менять аватарки в аккаунтах социальных сетей. Это поддержка, это, безусловно, призыв к тому, чтобы не унывать, не падать духом, не терять самообладание. Да, нужно устраивать публичные акции поддержки и раскрашивать здания в национальные флаги. Да, нужно выходить на улицы и ходить маршем. Но международный терроризм – болезнь, и ее нужно лечить соответствующими лекарствами. Одним из эффективнейших является взаимодействие по линии спецслужб. Мы это постоянно говорим. Мы очень хотим, чтобы нас услышали. Мы хотим, чтобы наконец ситуация переломилась и перестали искать врагов там, где их нет, а обратили внимание на реальных врагов, которые уже давным давно себя не скрывают.

Вопрос: Можете ли Вы прокомментировать недавнюю критику со стороны США, что Россия сейчас помогает Северной Корее? В частности, информацию о том, что компания «Транстелеком» предоставила Северной Корее второй канал для связи?

Ответ: Я могу Вам сказать, что отношения России и Северной Кореи развиваются. При этом мы четко выполняем соответствующие резолюции Совета Безопасности санкционного характера, которые принимались, безусловно, при российском участии. На этих двух элементах строится наш подход к сотрудничеству с Северной Кореей.

Мы, в отличие от, например, США или других государств, не исповедуем практику или политику односторонних санкций, дополнительных санкций, расширительного толкования санкций СБ ООН, но строго и четко придерживаемся наших обязательств по резолюциям Совета Безопасности ООН санкционного характера в отношении КНДР.

Вы знаете, что внутри Российской Федерации принимаются соответствующие решения, которые подписываются Президентом России во исполнение санкций Совбеза. Точно так же это было сделано и в этот раз. Поэтому все, что мы делаем, не противоречит соответствующим резолюциям СБ ООН. При этом отношения с Северной Кореей мы развиваем.

К сожалению, Вы правы, когда говорите, что наша позиция очень часто извращается, в частности, и на этом направлении. Мы это тоже фиксируем. Все время пытаются представить нашу позицию в каких-то странных красках.

Вопрос: Я о том, что российская компания предоставила связь.

Ответ: Я могу уточнить информацию о действиях российской компании, хотя, думаю, она Вам тоже может дать комментарий. Я говорю о том, что Россия не нарушает соответствующие резолюции СБ ООН. Дополнительных санкций в отношении Северной Кореи мы не принимали, потому что это противоречит нашему глобальному убеждению, что санкции легитимны исключительно в контексте резолюций Совета Безопасности. Мы также, естественно, исходя из этого же, не присоединялись ни к каким иным санкциям. Наше исполнение санкций незыблемо, но при этом идет и развитие отношений с Северной Кореей.

Что касается конкретно компании, то считаю, что Вам нужно обратиться непосредственно к ней. Я также могу спросить наших экспертов, есть ли у нас дополнительная информация на этот счет.