Посольство:
2650 Wisconsin Ave., NW
Washington, DC 20007
Тел: (202) 298-5700


карта
Консульский
отдел:
2641 Tunlaw Rd., NW
Washington, DC 20007
Тел: (202) 939-8907


карта
Пресс-служба:

Из брифинга официального представителя МИД России М.В.Захаровой

10 марта 2017 г.

Об очередном докладе Госдепартамента США относительно наркоситуации в мире в части, касающейся Российской Федерации

Внимательно изучили раздел по России данного доклада за 2016 год.

Вызывает сожаление, что в этом во многом техническом документе содержатся намеки на ответственность российской стороны за свертывание нашего антинаркотического сотрудничества, весьма плодотворно развивавшегося в прошлые годы. А ведь помимо двустороннего формата мы также плотно взаимодействовали с Вашингтоном на международных антинаркотических площадках, в том числе в контексте подготовки и проведения столь значимого события, как прошлогодняя специальная сессия Генеральной Ассамблеи ООН по наркотикам в Нью-Йорке. Настроены на кооперацию с американской делегацией и в ходе открывающейся 13 марта в Вене 60-й сессии Комиссии ООН по наркотическим средствам.

Обратили внимание на то, что в своем выступлении перед Конгрессом США 1 марта Президент этой страны Д.Трамп неоднократно заострял тему борьбы с наркотиками в качестве одного из приоритетов деятельности своей Администрации. Полагаем, что высказанные им озабоченности по поводу нынешней весьма драматической ситуации с распространением и потреблением наркотиков на американской территории, создают предпосылки для более активной вовлеченности США в глобальный антинаркотический диалог.

Убеждены, что такое взаимодействие необходимо выстраивать в целях продвижения к миру, который был бы свободен от наркотиков. Это соответствует как коренным интересам Российской Федерации, так и других ответственных членов международного сообщества.


О высказываниях замначальника ОКНШ США генерала П.Сельвы

Мы обратили внимание на прозвучавшие на мероприятии в Конгрессе США высказывания заместителя начальника Объединенного комитета начальников штабов генерала П.Сельвы, который заявил, что Россия якобы развернула некую крылатую ракету наземного базирования в нарушение «духа и цели» Договора о ликвидации ракет средней и меньшей дальности (ДРСМД).

Подобные высказывания, конечно, вызывают разочарование. Как вы понимаете, это не новая история. От столь информированного человека, представляющего военное руководство крупной страны можно было бы ожидать большего. В частности, он мог бы, наконец, пояснить, где американцы увидели наши «нарушения» и почему они пришли к таким выводам.

Однако, уже в который раз звучащие от американских официальных лиц публичные обвинения, которые инкриминируют российской стороне несоблюдение ДРСМД, не были подкреплены никакими доказательствами. То есть была использована ставшая уже привычной схема – выдвинуть претензии и тут же уйти от какой-либо конкретизации.

Мы неоднократно подтверждали нашу приверженность ДРСМД. Разъясняли американской стороне, что все ракетные испытания, которые проходят в России, соответствуют Договору. В ходе всевозможных переговоров, консультаций и встреч просили сказать, какие конкретно российские действия вызывают обеспокоенность в Вашингтоне. В ответ нам неизменно предлагали самим обо всём догадаться. Понятно, что это, конечно, не имеет никакого отношения к серьезному подходу.

Показательно, что в ответ на мифические российские т.н. «нарушения» американцы угрожают предпринять некие шаги военного характера. То, что представители США настойчиво продолжают подобную риторику, абсолютно не утруждая себя приведением каких-либо доказательств или конкретных примеров, ставит вопрос об истинных целях информационных вбросов.

При этом американцы упорно отказываются обсуждать наши вполне обоснованные претензии, имеющие отношение к выполнению Договора самими США. Речь идет о пусковых установках Мк-41 в наземных противоракетных комплексах «Иджис Эшор», которые США разместили в Румынии и планируют разместить в Польше, и которые с полным основанием могут рассматриваться как пусковые установки крылатых ракет. Много вопросов вызывает и масштабная программа создания в США ракет-мишеней для использования средств ПРО, аналогичных по характеристикам ракетам средней и меньшей дальности наземного базирования. Кроме того, США производят и используют ударные беспилотные летательные аппараты, подпадающие под содержащееся в ДРСМД определение крылатых ракет наземного базирования.

Вновь предлагаем отказаться от методов бездоказательной риторики, публичных обвинений без приведения конкретных примеров и просто вести разговор по существу с целью снятия имеющихся озабоченностей и прояснения возможных спорных моментов. Все механизмы есть. Мы открыты к такому диалогу по соответствующим каналам.

О хакерских играх в США

Как вам известно, в США очередной набирающий обороты скандал с прослушкой. Я наслаждалась публикацией в британской газете «Файнэншл Таймс», которая после какой-то реплики Президента США Д.Трампа практически потребовала как можно быстрее обнародовать доказательства наличия подобных обвинений с тем, чтобы избежать «непоправимого ущерба «авторитету американской политической системы». То есть все остальные заявления про хакеров, вмешательство в выборы, российскую агрессию, российские танки, планы по разъединению или «вбиванию клина» между западными странами, которые делаются каждый день представителями американского политического истеблишмента, официальными лицами предыдущей команды (которая упивалась этими обвинениями), могут оставаться, с точки зрения «Файнэншл Таймс», абсолютно бездоказательными. Сказали – и нормально. Там, наверное, что-то есть, проверять не будем. Одно заявление нынешнего американского Президента Д.Трампа, оказывается, требует доказательств с целью избежания непоправимого ущерба авторитету американской политической системе.

Насколько я понимаю, речь идет о редакционной статье, не о блоге и не о каком-то частном мнение. Сказано, что если доказательств или опровержений в ближайшее время не последует, то это грозит «коррозией веры в госинституты, без которых страна не может функционировать». А пробирка, которую показывали в СБ ООН из рук Госсекретаря США, это что? Это коррозия или «усталость» метала?

Если следовать логике «Файнэншл Таймс», то и к США, и к Великобритании, да и ко многим другим странам, которые повторяют эту же логику, давным-давно можно было применить термин «failed state», потому что ни в отношении российских т.н. хакерских атак, ни по вопросам допинга российских спортсменов, ни в отношении убийств т.н. кровавой российской военной машины гражданского населения в Сирии, ни по многим другим вопросам никаких внятных и заслуживающих доверия доказательств представлено так и не было. Только все больше мы видим постоянные скромные опровержения той информации, которая выдавалась в качестве солидной и надежной.

Из ответов на вопросы СМИ:

Вопрос: Как бы Вы могли прокомментировать появившуюся в СМИ информацию о возможном назначении Послом США в России Дж.Хантсмана?

Ответ: Что касается сообщений в прессе, то мы не считаем нужным их комментировать, поскольку есть соответствующая процедура, которая запускается в случае, если какая-либо страна считает необходимым заменить посла. Для этого существует дипломатическая практика. Безусловно, это решение должна принимать Администрация в Вашингтоне. Затем запускается процедура по соответствующим каналам.

Вопрос: Не могли бы Вы прокомментировать неучастие России во встрече стран-участниц коалиции по борьбе с ИГИЛ в Вашингтоне 22 марта?

Ответ: Как Вы знаете, существует большое количество форматов по сирийскому урегулированию. Есть те, в которых мы традиционно участвуем и создание которых стало результатом усилий, в том числе Российской Федерации. Есть форматы, в которых мы также традиционно не участвуем. Речь идет о формате, в котором мы никогда не принимали участие, поэтому здесь нет никакой новости, сенсации. Мы просто не принимали участия в подобных встречах. О наших усилиях по сирийскому урегулированию я только что сказала. Мы концентрируем внимание именно на них.

Вопрос: Недавно «Викиликс» опубликовал новые документы. С.В.Лавров косвенным образом сказал о возможности проникновения хакеров ЦРУ США в мобильные телефоны и другие электронные средства. Какие меры в этой связи будет предпринимать МИД России, чтобы предотвратить расширение проникновений хакеров и возможностей шпионажа?

Ответ: О возможности влияния хакеров, людей, которые овладели разработанными технологиями под эгидой соответствующих служб США, или о влиянии этих процессов на мобильную связь и другие телекоммуникационные устройства не столько говорил С.В.Лавров, сколько на это указывали материалы, опубликованные «Викиликс». Именно из них стало понятно, что большая вероятность таких атак существует. Если эта информация верна, страшно, чем занимаются и «забавляются» американские спецслужбы. Мы периодически узнаем о таких фактах, и эта информация ранее всегда подтверждалась. Правда, все время предпринимались попытки убрать ее с первых страниц, каким-то образом отретушировать, снизить ее сенсационность, но в любом случае практически каждый раз эта информация подтверждалась.

Это крайне опасно, во-первых, с точки зрения подрыва имеющейся системы международных отношений, которые основаны на определенных принципах, закреплённых в Уставе ООН. Речь идет о невмешательстве во внутренние дела и т.д. Существует большое количество документов в сфере информационной и цифровой безопасности, под которыми также стоят подписи представителей США. Соответственно, подобные действия действительно (если они подтвердятся, а ранее они подтверждались) просто подрывают то доверие, которое с таким трудом выстраивалось между странами. Конечно, во многом это подрыв и отношений между государствами в двустороннем и многостороннем форматах.

Но я думаю, что самое страшное не в этом, потому что, как бы это ни казалось парадоксальным, многие страны, ставшие жертвами американских прослушек, восприняли эту информацию, так скажем, даже «не без удовольствия», что, честно говоря, стало большой неожиданностью. Ведь любое государство, у которого есть свое достоинство, национальные интересы, должно быть однозначно в своей реакции. Думаю, что самое страшное в том, что этими технологиями, которые утекли, стали достоянием общественности, могут воспользоваться (никто не знает, возможно, уже воспользовались) те самые террористические организации, о которых мы говорим и с которыми мы все пытаемся коллективно бороться. Если раньше под термином «терроризм» понимался автомобиль, начинённый взрывчаткой, пояса шахидов, люди-смертники, то сегодня понятие международного терроризма намного шире. Это, конечно, кибертерроризм, рекрутирование своих сторонников в интернете, влияние на массовое сознание, особенно, на молодежь и детей. Страшно именно то, что таким образом, если эта информация действительно подтвердится (а очень хотелось бы, чтобы, наконец-то в Вашингтоне спецслужбы полноформатно и полноценно ответили на опубликованные документы с конкретными фактами в руках), все это несет огромную угрозу всему миру и международной безопасности. Информационный компонент действий международного терроризма и террористов на сегодняшний день является приоритетным. Конечно, есть примеры применения химического оружия, но они используют весь набор технологий для продвижения своей идеологии и подкрепления своих действий, и это очень страшно.

Вопрос: Можно ли сказать, что с появлением информации о действиях США в киберпространстве, стоит заканчивать ведущуюся против России информационную войну?

Ответ: Такой сценарий был бы возможным, если бы реальностью была объективность мировых СМИ – тех самых информационных монстров и корпораций, которые, говоря по-русски, «заказывают информационную музыку» во всем мире. Говорить об их объективности не приходится в принципе. Вы прекрасно видите, что сейчас происходит внутри США. СМИ стали уже не просто бессознательно работающим инструментом политической борьбы, они стали субъектом происходящего. Это принципиально разные вещи. Подобная появляющаяся информация вряд ли будет использована для объективного анализа происходящих процессов. Мы говорили об очень опасной тенденции подрыва доверия людей к мировым СМИ, когда есть объективные данные, требующие внимания и расследования. К сожалению, мы часто встречались с ситуацией, когда они замалчиваются, им не уделяется должного внимания, в то время как фейки про хакеров, влияние на выборы, вовлеченность во внутриполитические процессы выходят на первые полосы.

Вчера в Москве с визитом находился Вице-канцлер, Федеральный министр иностранных дел ФРГ З.Габриэль. Он четко сказал, что Федеральное правительство Германии, ее официальные лица никогда не обвиняли российскую сторону, никогда не предъявляли нам претензий по поводу фабрикования фейк-новостей и вовлеченности в избирательные процессы. Как он сказал, все это дело рук СМИ Германии. Он подчеркнул, что заявляет это от лица Федерального правительства.


Вопрос: Недавно было объявлено, что США вводят в Сирию артиллерию морской пехоты — это непохоже на обещание предыдущей Администрации о том, что не будет никаких наземных операций. Как на это будет реагировать Москва?

Ответ: Какая предыдущая Администрация? О чем Вы говорите? Там за восемь лет не было единой стратегии в отношении Сирии: то бомбим — то нет, то выводим — то вводим, то свергаем — то сотрудничаем. Эти колебания происходили ежемесячно. У одной ветви власти не было понимания того, что происходит у другой. Позиции, которая должна была быть реализована на международной арене в качестве консолидированного подхода США (а международное сообщество должно было понимать эту политику, потому что речь идет именно о действиях на международной арене), просто не было. Сначала была одна концепция, потом она поменялась. Последние полгода до выборов это была какая-то агония сирийской политики Вашингтона. С одной стороны — нагнетание и увеличение активности на внешнеполитическом направлении, с другой — абсолютно не подкрепленная действиями «на земле» и усилиями американских военных активность. Вы помните, какой разрыв был между позицией определенных сил в Госдепе от других американских силовиков? Потом произошло еще более загадочное событие: они просто взяли и бросили всю сирийскую политику, не доведя ее до логического конца. Далее все сфокусировалось на Алеппо, но не на разрешении этой ситуации, а исключительно на нагнетании истерики и информационной кампании, которая была ориентирована только на выборы. О чем можно говорить, если анализировать подход предыдущей администрации?

Предлагаю все это оставить историкам и политологам и не обсуждать это серьезно, потому что мы прекрасно помним эти бесконечные изменения, «подковерную» борьбу между министерствами и ведомствами в США. Это была просто политическая схватка. К сожалению, эта политическая схватка «элит» продолжается. Это очевидно. В ход идет все, что угодно.

Мы запустили наш диалог с Госдепартаментом. Состоялась первая встреча двух министров. Исходим из того, что мы готовы взаимодействовать с США, в том числе по сирийскому урегулированию. Вы знаете, что на встречу в Астане американские представители приглашались, они присутствовали на том уровне, на котором полагали нужным. Поэтому мы готовы к взаимодействию, ведь важно, чтобы концепция была сформирована. Еще раз повторю, что складывается ощущение, что эта постэлекторальная схватка не дает сформулировать подходы к такому важному направлению американской внешней политики, как политика на Ближнем Востоке и Севере Африки. Поэтому повторю, что мы готовы взаимодействовать.

Вопрос: Предпринимают ли уважаемые американские партнеры какие-либо непубличные и неформальные попытки выстраивать отношения или все ограничивается официальными мероприятиями, наподобие встречи в Бонне?

Ответ: Вы не могли бы конкретизировать, что Вы имеете ввиду?

Вопрос: Предпринимают ли представители американской Администрации и Госдепа какие-либо попытки восстановить отношения, действуя в непубличном поле?

Ответ: Что Вы понимаете под непубличным полем? Внешняя политика предполагает определенную долю публичности. Вы имеете в виду, ведутся ли какие-то скрытые переговоры? У нас ведется нормальная дипломатическая работа как с США, так и с другими столицами и странами. Мы не можем от колебаний, которые проходят в Вашингтоне, все менять и подстраиваться под исходящие оттуда флюиды. Мы исходим из утвержденной Концепции внешней политики. Мы используем в нашей работе методы и традиции, которые были заложены историей российской внешней политики и основываются на международном праве и базовых принципах международных отношений. Мы пытаемся выстраивать нормальную конструктивную работу. Еще раз говорю, что методы этой работы открыты и понятны — это переговорная дипломатия, встречи, контакты и т.д.

Вопрос: Можете ли Вы прокомментировать то, что в Южной Корее Конституционный суд подтвердил импичмент Президента Пак Кын Хе? Вы уже очень жестко прокомментировали развертывание системы ПРО в Европе. Стало известно, что в Южную Корею привезли детали для противоракетного комплекса THAAD. Планируется, что в мае этого года будут завершены работы по развертыванию этой системы. Китай в связи с этим сильно критикует Правительство Южной Кореи и вводит санкции. Что Вы можете сказать по этому поводу?

Ответ: Мы внимательно следим за событиями в Южной Корее, где Конституционный суд 10 марта утвердил решение Национального собрания об импичменте главы государства. Мы рассчитываем на скорейшее преодоление внутриполитического кризиса в этой стране. Уверены, что он вряд ли способен каким-либо образом сказаться на достигнутом уровне российско-южнокорейских отношений.

Что касается развертывания элементов системы ПРО США по всему миру, то наша позиция известна. Не так давно мы давали дополнительный комментарий по упомянутому Вами сюжету. Конечно, это во многом подрывает региональную и международную стабильность. Наша позиция в этом вопросе четко обозначена, мы доводим ее до партнеров, до тех, с кем встречается глава внешнеполитического ведомства России, мы озвучиваем ее публично. Наша позиция здесь четкая, и она не претерпела изменений.